В ходе планирования исследовательской работы, наша команда пришла к выводу: нужно создать некую "формулу", которая упростит логику нашей мысли. Поэтому ниже вы увидите схему, которая иллюстрирует принципы нашего рассуждения по поводу нашей гипотезы, истории развития нейронных сетей и материала исследования.

Исследовательская работа

Наша команда изучила историю развития текстогенеративных нейросетей. Начали мы с самых первых попыток человечества алгоритмизировать написание текстов. Применив историко-генетический метод, мы пришли к интересному выводу: в последнее десятилетие развитие текстогенеративных нейросетей стремительно ускорилось, возросло число проектов в этой сфере. Это связано с высокой востребованностью в таких нейросетях и достаточным уровнем развитости нейросетевых технологий.

Приведенную нами историю можно полностью посмотреть на сайте Knight lab.

Изучение истории развития нейросетей

Изучение материала

Если следовать нашей схеме, то далее перед нами стоит задача - проанализировать материал нашего исследования с применением вышеуказанных методов.

"Дурной договор"

Сюжетная канва и образы прописаны писателем Сергеем Лукьяненко. Перед нейросетью стояла задача собрать эти наброски воедино, однако вышло это не супер, ведь нарушено множество пунктуационных и синтаксических правил русского языка:

Смысловая связь в “промежутках”, которые необходимо было заполнить нейросети, почти не просматривается:

Есть ли осмысленность в тексте?

Анализ пейзажей и портретов

На примере пейзажей "Дурного Договора" можно проследить главную проблему нейросетей, которые повторяют стиль написания классиков - прямая копипаста отрывков произведений, шаблонность.
В "Дурном Договоре" проскакивает фрагмент из "Мёртвых душ", который не был изменён ИИ: "Что именно находилось в куче, решить было трудно, ибо пыли на ней было в таком изобилии, что руки всякого касавшегося становились похожими на перчатки; заметнее прочего высовывался оттуда отломленный кусок деревянной лопаты и старая подошва сапога. Никак бы нельзя было сказать, чтобы в комнате сей обитало живое существо."

Другие же фрагменты, не являющиеся прямым плагиатом, страдают отсутствием фокуса на объект или субъект повествования - в первых двух параграфах текста слово "церковь" повторяется 6 раз: "возле церкви, близ церкви Иоанна-Галеевского (она была большая, церковь). Церковь деревянная...Свет от них освещал только иконостас и слегка середину церкви...Харитон приходил в церковь".

"Нейронная оборона"

Большой вопрос стоит над фактом того, что нейросеть перенесла стиль Летова на новые стихотворения. Сама команда Яндекса утверждает, что у нейросети получается писать диссоциативные и абсурдные стихи. Это значит, что со своей задачей она справилась. По поводу смысловой нагрузки возникают споры. Большинство же людей считает стиль этот неоднозначным и воспринимают по-разному даже из “уст” нейросети. Каждый может наполнить его смыслом – это его особенность. Однако мы считаем, что это довольно громкое высказывание и самостоятельно нейросеть (по крайней мере, на момент создания этого проекта) не в состоянии наполнить подобные стихи смыслом, как это было в текстах “Гражданской обороны”.

Есть ли осмысленность в тексте?

Взяв для анализа текст песни “Заново мир”, в глаза сразу же бросаются два противоречащих друг другу примера. Первый иллюстрирует вполне неплохое начало, которое, в рамках данного стиля, можно даже наполнить особым смыслом:

Второй фрагмент непонятен. Окончание последней строчки будто бы придумано лишь для наличия рифмы и не более:

“На закате ты будешь лежать и гореть
И в сияющем мире я буду смотреть
А ветер не тонет, а солнце замрёт
Там, где тени деревьев, как небо поёт”

Текст песни “Картонный бутерброд” показывает нейросеть не в лучшем свете. Со второй же строки нить повествования теряется:

Однако, вчитываясь в тексты, можно заметить, что нейросеть упорно старается подражать стилю Летова. Она комбинирует, по сути, несвязные, на первый взгляд, слова, сочетания которых можно принять за глубокое, недоступное рядовому читателю видение:

“Время движется
Шпионские птицы
Острая усталость близкого ворона
Равенство профессора
Речка, смятая гладкими глазами
Славься, славься наружу, железная ересь” – текст песни “Время движется”

"Лягушка расправляет крылья"

Есть ли осмысленность в тексте?

Прослеживается некая стилистика. Если сравнивать с “Дурным договором”, то этот текст читается куда приятнее. Программа показала себя в хорошем свете со стороны инструмента, который способствовал написанию. Благодаря приложенной к проекту руке человека, в тексте соблюдены правила русского языка, легко прослеживается стиль и сюжет.

Особенно интересным членам жюри показался диалог главной героини с роботом. Его полностью сгенерировала машина, а редакторы оставили без изменений:

«Лягушка расправляет крылья» не попала даже в лонг-лист премии. Однако разработчики намерены продолжать эксперимент и совершенствовать программу.

Анализ пейзажей и портретов

"Родители часто называли её безруким недоразумением. По всей вероятности, это было правдой." - проскальзывают подобные неловкости, но это больше похоже на попытки неопытного писателя попасть в стиль.

Схожее явление проявляется в излишнем и без конца повторяющимся описании в предложениях: "Пошел он к человеку недоброму, якшающемуся с нечистью, о котором говорили, что колдун, нечистое делал и злобное слово читал, да читал и свои кривые слова." Персонаж колдуна, после этого, исчезает. Это показывает, что машина не в состоянии выстроить базовый план написания.

При прочтении некоторых диалогов становится ясно, что они написаны неестественно, но в то же время сложнее указать на то, что не так. Возможно, здесь замешан эффект “зловещей долины”.

*Сгенерировано нейросетью ruDalle-E

*Сгенерировано нейросетью ruDalle-E

*Сгенерировано нейросетью ruDalle-E

*Сгенерировано нейросетью ruDalle-E

“Третьего дня пошел Левко по селу, куда глаза глядят, да и встретился ему на околице цыган роман, с которым ты в прошлом году сторговал мешок.”

“И будто бы уж ничего не осталось, если бы ему точно, как нарочно, не случилась повстречать Басаврюка.”

“Пошел он к человеку недоброму, якшающемуся с нечистью, о котором говорили, что колдун, нечистое делал и злобное слово читал, да читал и свои кривые слова. Да уж, точно, хотел было тот оборот, о котором говорит нам, взять из той церкви живых людей, так как всех людей к черту не берет нечистая сила, да и заставил, говорит, христа с самим дьяволом. О чем говорили с чертом — неизвестно, право, не знаю…”

“Отец разозлился, и его уж и слушать было нельзя. — И ты смеешь говорить, что тебе приспичило? — вскричал он. — Знай, что и ты, собачий сын, не меньше меня, как петуха, будешь знать, что такое хорошие девки! А ты же — ни кола, ни бугу, а я тебе в рожу еще наплюю! — кричал он, махая руками, притопывая ими так, что бедный Левко чуть не плакал.”

“Хотел он совета, но знал, что нельзя связываться с ним: что-то делается с ним, как будто невидимою паутиною, и во сне тому не было совсем понятно, чего он так боялся, чтобы как бы то ни было тягостно и что единственная радость эта, близкая к нему, была одна из причин, по которой он не хотел терять времени и не хотел тревожиться в эту минуту.”

“Радостный, Левко пошел к Харитону, чтобы испросить благословения на замышленные им подвиги. Да только что он получил такой ответ, что не ожидал никакого ответа.”

“И увидели люди, что в нем больше ничего нет. И что-то более страшное. Что-то страшное рассказывали о нем для его своего отца и матери, и слезы, как река, лились из их тусклых очей.”